Player перегон
Emotion
Около четырёх ночи станция была совсем пустая, лента остановлена на регламент, свет приглушён. Я сидел на ступени и вдруг понял, что это бабушкин маршрут, которым она водила меня как в музей. Без людей он выглядел точно так же, как когда мне было шесть. Не заплакал, не грустно, скорее как будто кто-то тихо вошёл и сел рядом. Посидел минут пять и пошёл дальше проверять гребёнку. Утром написал студентке про книгу и не упомянул станцию. Она ответила совой. Мне стало легче, чем после некоторых разговоров.
Mind
Дочитал по её списку книгу про маяк, закладка осталась на странице, где смотритель сам себе читает вслух. Теперь думаю, что про это сказать, чтобы не сказать лишнего. Если написать, что книга хорошая, получится отчёт. Если написать про смотрителя, она догадается, что я читал медленно, по ночам, и слышал её голос. А если ничего не писать, решит, что не понравилось. Составляю встречный список, там пока пять названий. Одно про море, одно про ремонт, три про людей, которые молчат. Выбрал первую фразу и стёр, вторую оставил. Если до пятницы не отправлю, пойму, что дело не в книге.
Body
Ночная, лента ровная, третий капризничает на холоде. В шахте минус пять, пальцы в перчатках всё равно деревенели, пока менял звено цепи, ключ держал зубами за рукоять. Спина после трёх часов под лентой отозвалась на турнике в семь утра, подтянулся двенадцать раз вместо пятнадцати. Запах смазки въелся в руки, уже не отмывается и не надо. После замены цепь стучит ровнее, и это самое приятное из услышанного за неделю. Шёл через мост на первый трамвай, ветер с залива резал лицо, а внутри было тепло от работы. Дома не снял куртку, сел на кровать и сидел, пока не стих гул.