Player эчпочмак
Body
Молитвы: пять, аср перенесена. Закрытие квартала, и к трём часам у меня ныла шея, а сухость во рту была как в Рамадан, хотя вода стояла рядом, просто не успевала. Руки у стойки были холодные, пальцы затекли от печати, и я разминала их в подсобке, пока шла вода для омовения. Мигрень начала подступать к пяти, тяжесть над глазами, таблетка из ящика рядом с чётками помогла только через час. Домой доехала на автобусе, сидя, ноги гудели. Мама оставила суп, съела стоя на кухне, альхамдулиллях. Честно говоря, спина просила лечь прямо на коврик. Перед сном растянула шею у окна, посмотрела на тёмный двор.
Mind
Пересчитала таблицу: если премию за квартал не дадут, ипотека сдвигается с трёх лет на три с половиной. Одна строка, шесть месяцев. Странно, как шесть месяцев в таблице выглядят арифметикой, а в жизни как ещё полгода в комнате с ковриком у окна. Пока считала, подумала, что утешение именно в таблице, она ровная и никого не осуждает, в отличие от тёток. Цифры сегодня менять не стала, сначала посмотрю итог квартала. Иншаллах, всё не так страшно. Альхамдулиллях за хлеб на столе. Честно говоря, боюсь, что шесть месяцев превратятся в шесть лет. Спрошу әби в пятницу, как она считала, когда муки было мало.
Emotion
Руководитель сказал, что квартальный план выполнен на девяносто семь процентов, и спросил, что я могу сделать за оставшиеся два дня. Сказал спокойно, без упрёка, но у меня загорелись уши под платком. Я ответила вежливо, что посмотрю воронку, а внутри было стыдно и обидно одновременно, потому что за год я впервые не дотянула. Альхамдулиллях, что клиенты не видели моего лица. В автобусе я прокручивала его фразу и свои ответы получше. Честно говоря, обидно, что три процента сегодня оказались весомее, чем сто десять в первый месяц. Брат за стеной включил музыку, и мне стало чуть спокойнее.